понедельник, 4 июля 2016 г.

Как агитка стала шедевром. 75 лет плакату «Родина-мать зовет!»


«Портрет жены художника» — достаточно распространенное в искусстве явление. Сотни живописцев всех времен и народов с упоением воплощали на холстах образы своих возлюбленных — нежных и грациозных, задумчивых и мечтательных, взбалмошных и темпераментных, кокетливых и игривых… Но лишь один из них оказался по-настоящему близким и родным для миллионов людей. И даже более того: он внес свою лепту в мировую историю.

Тамара Тоидзе
Советский художник Ираклий Моисеевич Тоидзе — грузин по происхождению — был женат на красивой русской женщине, к которой земляки мужа обращались весьма почтительно: Тамара Федоровна. 22 июня 1941 года Тоидзе работал в своей мастерской над репродукцией к поэме «Витязь в тигровой шкуре», когда дверь внезапно распахнулась и в комнату вихрем ворвалась жена. «Война!» — только и вырвалось у нее. Рукой она как-то растерянно указывала туда, за распахнутую дверь, где из уличного репродуктора только что прозвучало сообщение Совинформбюро о нападении нацисткой Германии на СССР. Художник никогда еще не видел жену в таком состоянии. Через испуг и тревожное смятение на ее лице пробивался немой призыв: «Надо срочно что-то делать!». Бежать, спасать!.. «Стой так и не двигайся!» — попросил Тоидзе, поражённый выражением её лица, и тут же стал один за другим делать наброски будущего шедевра. Так, совершенно случайно, по собственному признанию художника, пришла ему в голову идея создания собирательного образа матери, которой выпала в этот день тяжкая участь - провожать сыновей на войну. И хотя художник изрядно состарил образ на плакате, черты жены все же угадываются. Плакат сразу приняли в печать - уже 4 июля вышел первый тираж, колоссальный для того времени - 200 тысяч экземпляров.

Про историю создания этого плаката ходит много противоречивых легенд и историй.

После войны ветеран Владимир Акимович Цибизов утверждал, что образ «Родины-матери» был списан с его мамы Анны Ивановны Цибизовой: "Уважаемая редакция! Посылаю вам открытку «Родина-мать зовет!» и фотографию моей матери Анны Ивановны Цибизовой. Фотоснимок сделан камерой «Турист» в 1941 году. История такая. Мама с утра ходила отоваривать хлебные карточки в булочную. Булочная находилась на углу Остоженки и 1-го Зачатьевского переулка. С утра мама стояла в очереди за хлебом. Художник из всех стоящих в очереди выбрал ее позировать в студии. Потом мама мне рассказала об этом случае. Одета она была в темный халат, подвязана шалью светло-коричневого цвета". Как сказал на это сын художника: "Еще несколько женщин были уверены, что это именно они изображены на всемирно известном плакате. Не хотел бы их огорчать. Но отец работал над плакатом дома, кроме мамы, ему никто не позировал".

Родина
                                   Н.Старшинову

Шли женщины,
                         и на плечах – лопаты:

окопы рыть под городом Москвой.
Страна
смотрела на меня с плаката,
седая,
с непокрытой головой.
Она звала меня глазами строгими,
сжав крепко губы, чтоб не закричать.
И мне казалось, что похожа Родина
на тётю Дашу из квартиры пять.

На тётю Дашу,
рядом с нами жившую,
двух сыновей на запад проводившую,
да, на неё, вдову красноармейскую,
усталую,
               упрямую
                              и резкую.

А я хотел участвовать в десантах,
кричать в эфир: ««Тюльпан»! Я «Резеда»!..»
Мне шёл тогда едва второй десяток,
меня на фронт не брали поезда.
И я смотрел с серьёзностью недетской
в её лицо с морщинками у губ
и лишь на двойки отвечал немецкий,
чтоб выразить презрение к врагу.

Она звала меня глазами строгими,
сжав губы крепко, чтоб не закричать.
И мне казалось, что похожа Родина
на тётю Дашу из квартиры пять.

Евгений Храмов, 1956


Писатель Виктор Суворов выдвинул против истории создания плаката, бережно передаваемой в семье Тоидзе из поколения в поколение, свои контраргументы. В книге «День „М“» он утверждает, что этот плакат был создан и размножен еще до начала войны. Разослан большим тиражом в секретных пакетах по военным комиссариатам в декабре 1940 г. (уже тогда Советский Союз готовился к войне с Германией, но к наступательной, а не оборонительной) с указанием вскрыть в день «М». Ссылаясь на рассказы очевидцев, Суворов пишет: "Плакат появился на улицах советских городов не в самые первые дни войны, а в самый первый. На улицах Ярославля к вечеру 22 июня. В Саратове - "во второй половине дня". 22 июня в Куйбышеве этот плакат клеили на стены вагонов воинских эшелонов, которыми была забита железнодорожная станция. В Новосибирске и Хабаровске плакат появился не позднее 23 июня. Когда же в этом случае Ираклий Тоидзе творил свой шедевр? Как ни крути: до 22 июня". Насколько достоверна подобная информация, сложно судить. Зачем тогда потомкам художника упрямо отстаивать версию спонтанного рождения композиции? Ведь можно было бы гораздо успешнее попиариться на байках под грифом «Секретные материалы» и рассказать о том, как из-под кисти прославленного мастера однажды вышла государственная тайна особой важности.

Как говорит историк Григорий Пернавский: "На немецкой кинохронике, которая снята в занятых немцах городах, буквально в 20 числах июня этого плаката нет, хотя есть много других оборонно-патриотических плакатов. Это навело нас на мысль, что если бы плакаты были расклеены в ночь на 23 июня, то они бы оказались во многих городах".

Как бы там ни было, самый ранний из сигнальных экземпляров, хранящихся в РГБ, датирован 4 июля 1941 г. Вот какие сигнальные плакаты имеются в РГБ:

---------------------------------------
Художник: И. Тоидзе. Редатор Е. Поволоцкая.
9429 от 4/VII-41
Изд. 5262. Объём 1 б.л. Тираж 200000 экз. Цена 1 руб.
Гос. изд-во "Искусство", М.-Л., 1941
3-я тип. "Красный пролетарий" ОГИЗа РСФСР
трест "Полиграфкнига", Москва, Краснопролетарская, 16.
П.7 / IV.01
104 x 71
---------------------------------------
Художник И. ТОИДЗЕ. Редактор Е. ПОВОЛОЦКАЯ.
Д-1674. Подписано к печати 24/XII-41 г. Тираж 2080. Цена 1 руб 50 коп.
Фрунзе. Киргизгосиздат. 1941
Фрунзе, типолитография № 1, зак. № 2801
это в РНБ, в РГБ есть и на киргизском, Энебиз-Родина Чакырат!
---------------------------------------
Художник: И. Тоидзе. Ред. Соколов. Тираж 15000
Ташкент. Узполиграфкомбинат. Заказ 2009б
изд-во Уздавнашр, 1941
---------------------------------------
Тираж 5000. Цена 1 руб 80.
Тбилиси, 1941.
35928 Изд. № 931
---------------------------------------
Художник: И. Тоидзе. Редактор Е. Поволоцкая.
Л38194 от 12 мая 1943 г.
Тираж 100 000
Изд. № 6117 Цена 60 коп
2-е изд. Гос. изд-во "Искусство", М.-Л., 1943
Отпечатано на машине глубокой печати в тип. "Гудок"

Впрочем, исследователи расходятся и в трактовке композиции плаката. Некоторые из них считают, что приподнятая и слегка отведенная назад левая рука Родины-матери — характерный жест эмоциональных землячек мужа — грузинских женщин. Он означает «все сюда!», «ко мне, за мной!» и, возможно, был перенят у них и Тамарой Федоровной.

Образ Родины-матери очевидным образом связан с образом России-Матушки, широко использовавшимся во время Первой мировой и Гражданской войн для пропаганды. По воспоминаниям сына художника — Александра Тоидзе, его отец очень любил поэзию Андрея Белого и даже подчеркнул карандашом в томике стихов строки: «Позволь же, о Родина-мать, в глухое, сырое раздолье, в раздолье твое прорыдать». Подчеркнул — значит, запали в душу. Запали — значит, рано или поздно должны были прорасти чем-нибудь: настроением, озарением, вдохновением. И проросли же!


французский плакат времен
первой мировой войны
Даже если жена художника вбежала в комнату,
то изображения руки очень совпадают
изображения плакатов в хронологической последовательности -
французы, греки, родина-мать, дивизия СС Галичина, американцы

Существует предположение, что дальняя рука женщины скопирована с французского агитационного плаката времен Первой мировой войны. Третьи и вовсе уверены в том, что в качестве основы для своего произведения Тоидзе использовал образы с плакатов Дмитрия Моора «Ты записался добровольцем?» (1920) и американского художника Джеймса Флагга «I WANT YOU FOR U.S. ARMY» (1917).


Не забыт также Эжен Делакруа с его знаменитой картиной «Свобода, ведущая народ» (1830), где он запечатлел национальный символ Франции — Марианну.

Как бы ни спорили маститые искусствоведы о смысловом и композиционном решении плаката Тоидзе, в одном они сходятся: агитационный образ оказался настолько проникновенным и впечатляющим, что стал подлинным шедевром. Уже к концу месяца плакат «Родина-мать зовет!», напечатанный огромными тиражами, увидела вся страна. Плакат был переведен на языки почти всех народов СССР. Агитки клеили на вокзалах и на сборных пунктах, в госучреждениях и колхозных конторах, да и просто на улицах — на дощатых заборах и кирпичных стенах. Бойцов, уходящих на фронт, на столичной Таганской площади провожала Родина—мать размером с шестиэтажный дом. Ее изображение было нанесено на торец одного из зданий. В руке женщина держала лист с текстом военной присяги, где крупно было выбито: «Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, вступая в ряды Рабоче-крестьянской Красной Армии, принимаю присягу и торжественно клянусь быть честным, храбрым, дисциплинированным, бдительным бойцом...» За фигурой Родины—матери были видны поднятые штыки. И, казалось, не было им конца и края...

Типографии военного времени даже выпустили специальный, «миниатюрный» тираж «Родины-матери». Репродукции размером чуть меньше обычной почтовой открытки хранились у многих фронтовиков. Их носили в нагрудных карманах гимнастерок — рядом с фотографиями дорогих и любимых людей (матерей, невест, детей), рядом с партийными и комсомольскими билетами.

Известны случаи, когда, сдавая немцам тот или иной населенный пункт, наши солдаты напоследок срывали плакатики с «мамой» и уносили с собой. Тоидзе через много лет после окончания Великой Отечественной войны рассказывал историю, услышанную от знакомого ему фронтовика. "Наши войска обороняли город от превосходящих сил противника. И, как это довольно часто бывало в первые месяцы войны, город отстоять не удалось. Когда бойцы покидали его, один солдат, увидев на стене полуразрушенного дома плакат, воскликнул: «А как же мама моя?!». Он отстал от товарищей, снял плакат со стены, аккуратно сложил его и, сунув под гимнастерку, бросился догонять свое подразделение. И тут вражеская пуля достала его…" Случай этот весьма символический: он говорит об огромном эмоциональном воздействии, которое плакат оказывал на фронтовиков. По уровню воздействия на чувства людей с ним могла сравниться лишь песня «Священная война». И тем, кто этому воздействию подвергался, уже не нужны были на политзанятиях беседы политруков на тему, зачем и почему надо защищать Родину. В Первую мировую войну столь трепетно защитники Отечества относились к другому оберегу — иконке с образом Божьей матери…


Ираклий Тоидзе создал в годы войны еще ряд агитационных плакатов. На одном из них он изобразил женщину с ребенком на руках, образы которых были списаны с жены Тамары и сына Сандро. Плакат назывался «За Родину-мать!». На агитке «Отстоим Кавказ!» прообразом моряка стал младший брат художника — Георгий.


«Во имя мира», 1959 г. Здесь Тоидзе снова использует образ Родины-матери. Она опять призывает к миру, только теперь в просторах космоса.

Ираклий Тоидзе был лауреатом четырех Сталинских премий всех возможных степеней — в 1941, 1948, 1949 и 1951 годах, которые потом были приравнены к Государственным. Причем в 41-м его отметили денежной премией не за созданные плакаты, а за иллюстрации к книге Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре». В 51-м он стал заслуженным деятелем искусств РСФСР. Но только в 1950 году ему выделили отдельную квартиру на Пушкинской улице. Примечательно, что этот дом строили пленные немцы. В его облицовке использовали гранит, вывезенный из Германии, из которого немцы планировали поставить памятник, посвященный Третьему рейху. Умер Ираклий Тоидзе в 1985 году, когда ему было 83 года. Художника похоронили в Пантеоне писателей и общественных деятелей Грузии, в Тбилиси, на склоне святой горы Мтацминда. Его многолетняя муза, жена Тамара, пережила художника на 9 лет. Урна с ее прахом покоится на одном из московских кладбищ. Их сын Александр тоже стал художником, работал над киноплакатами. Оставил карандаши и кисть только тогда, когда практически перестал видеть. Внук Ираклия — Гоша Тоидзе — успешный режиссер-клипмейкер, известный своими работами с российскими звездами. Но самой большой реликвией в семье остается плакат «Родина-мать зовет!», который и ныне висит в гостиной у них на стене.

Монета Банка России — Серия:
«Великая Отечественная война»,
50 лет Великой Победы
Образ «Родины-матери» в дальнейшем стал одним из самых распространённых образов советской пропаганды. Чуть ли не обязательным атрибутом оформления Ленинских комнат и кают, Домов офицеров, клубов воинских частей и других культурно-просветительных учреждений, наряду с портретами основателя государства и очередного генсека, были и репродукции с плаката "Родина-мать зовет!" Известны многочисленные интерпретации образа и пародии на этот плакат в изобразительном искусстве, скульптуре, народном творчестве, рекламе.


С последнего десятилетия ХХ века плакат снова стал невероятно востребованным. Его взяла на вооружение быстро развивающаяся, сметливая и продвинутая рекламная индустрия. Женщина в ниспадающем с головы платке теперь звала на распродажи с беспрецедентными скидками и на церемонии открытия новых торговых центров. Если не ошибаюсь, в каком-то из дальневосточных городов открыли крупный автосалон, специализирующийся на продаже японских машин. Назвали соответственно: «Япона-мать». Каким «креативом» сопровождалась рекламная кампания, думаю, вы уже догадались. Местные ветераны не вынесли такого глумления над плакатом и в оскорбленных чувствах подали заявление в суд. Взыскал ли судья с владельцев салона что-нибудь за "аморалку" не известно, но все свои креативные баннеры им пришлось снять. Другая яркая и креативная личность оправдывалась так: «Я как руководитель танцевального центра Tosno-style [расположенном в г. Тосно - город в Росиси, административный центр Тосненского района Ленинградской области и Тосненского городского поселения] приношу свои искренние и глубокие извинения всем, чьи чувства были задеты плакатом нашего концерта. … В нашем понимании образ на плакате уже давно стал публичным штампом, используемым повсеместно в агитационных плакатах на абсолютно любую тематику. Для нас он просто ассоциировался с советским периодом в целом». Справедливости ради, нужно заметить, что этот плакат не раз становился поводом для разбирательства в Управлении Федеральной антимонопольной службы. Почти каждый раз использование данного изображения в рекламе противоречило ч. 6 ст. 5 закона о рекламе, признавалось неэтичным и наказывалось штрафом (согласно ст. 14.3 КОАП РФ для ИП - от 4000 до 20000 рублей; для юридических лиц - от 100 000 до 500 000 рублей).


После войны художник Ираклий Тоидзе для различных музеев сделал еще десять авторских повторений плаката, оригинал же хранится в Третьяковской галерее. Для одних плакат стал образцом советской военной пропаганды. Для других — Родиной—мамой, которую нужно отстоять и защитить. Для третьих - публичным штампом, который ассоциируется с советским периодом. Для семьи Тоидзе изображенная на нем женщина — бесконечно родной и любимый человек.

Комментариев нет :

Отправить комментарий