четверг, 8 сентября 2016 г.

8 сентября - 75 лет началу блокады Ленинграда


8 сентября 1941 года началась 872-дневная (с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года (блокадное кольцо было прорвано 18 января 1943 года)) блокада Ленинграда немецкими, финскими и испанскими (Голубая дивизия) войсками с участием добровольцев из Северной Африки, Европы и военно-морских сил Италии - трагический период истории города на Неве, когда только от голода погибло свыше 640 тыс. жителей, десятки тысяч погибли при артиллерийских обстрелах и бомбардировках, умерли в эвакуации.

К началу блокады в городе не имелось достаточных по объёму запасов продовольствия и топлива. Единственным путём сообщения с Ленинградом оставалось Ладожское озеро, находившееся в пределах досягаемости артиллерии и авиации осаждающих, на озере также действовала объединённая военно-морская флотилия противника. Пропускная способность этой транспортной артерии не соответствовала потребностям города. В результате начавшийся в Ленинграде массовый голод, усугублённый особенно суровой первой блокадной зимой, проблемами с отоплением и транспортом, привёл к сотням тысяч смертей среди жителей.


Одной из фактических причин голода в Ленинграде является уничтожение немцами Бадаевских складов, на которых хранились продовольственные запасы многомиллионного города. Бомбежка и последующий за ней пожар полностью уничтожил огромное количество продуктов, которые смогли бы спасти жизни сотен тысяч людей. Однако жители Ленинграда умудрялись даже на пепелище бывших складов находить какие-то продукты. Очевидцы рассказывают, что люди собирали землю на месте, где сгорели запасы сахара. Данный материал они потом процеживали, а мутную сладковатую воду кипятили и пили. Эту калорийную жидкость в шутку называли «кофе».

Были введены продовольственные карточки: с 1 октября рабочие и инженерно-технические работники стали получать по 400 г хлеба в сутки, все остальные — по 200 г. Остановился общественный транспорт, потому что к зиме 1941 — 1942 не осталось никаких топливных запасов и электроэнергии. Запасы продовольствия стремительно сокращались, и в январе 1942 на человека приходилось уже только по 200/125 г хлеба в день. К концу февраля 1942 в Ленинграде от холода и голода умерло более 200 тыс. человек.

Огород в самом центре Ленинграда
Многие выжившие жители Ленинграда рассказывают, что одним из распространенных продуктов в городе в первые месяцы Блокады были капустные кочережки. Саму капусту на полях вокруг города собрали в августе-сентябре 1941 года, но ее корневая система с кочережками оставалась на полях. Когда проблемы с продовольствием в блокадном Ленинграде дали о себе знать, горожане начали ездить в пригороды, чтобы выкапывать из мерзлой земли казавшиеся еще недавно ненужными растительные огрызки.

А теплое время года жители Ленинграда питались в прямом смысле подножным кормом. В ход благодаря небольшим питательным свойствам шла трава, листва и даже кора деревьев. Эти продукты перетирали и смешивали с другими, чтобы делать из них лепешки и печенье. Особой популярностью, как рассказывали пережившие Блокаду люди, пользовалась конопля – в этом продукте много масла.


Голод в Ленинграде достиг такой степени, что люди ели все, что содержало калории и могло быть переварено желудком. Одним из самых «популярных» продуктов в городе стал мучной клей, на котором держались обои в домах. Его отскребали от бумаги и стен, чтобы затем смешивать с кипятком и делать таким образом хоть немного питательный суп. Подобным образом в ход шел и строительный клей, бруски которого продавали на рынках. В него добавляли специи и варили желе. Желе также делали из кожаных изделий – курток, сапог и ремней, в том числе, и армейских. Саму эту кожу, часто пропитанную дегтем, есть было невозможно из-за невыносимого запаха и вкуса, а потому люди наловчились сначала обжигать материал на огне, выжигая деготь, а уж потом варить из остатков питательный студень. Но столярный клей и кожаные изделия – это лишь малая часть так называемых пищевых заменителей, которые активно применялись для борьбы с голодом в блокадном Ленинграде. На заводах и складах города к моменту начала Блокады находилось достаточно большое количество материала, который можно было использовать в хлебной, мясной, кондитерской, молочной и консервной промышленности, а также в общественном питании. Съедобными продуктами в этом время стали целлюлоза, кишки, технический альбумин, хвоя, глицерин, желатин, жмых и т.д. Их использовали для изготовления еды как промышленные предприятия, так и обычные люди.


В связи с прекращением связи с Большой землей особое значение приобрела дорога через Ладожское озеро, ставшая легендарной "Дорогой Жизни". Водным путем грузы доставлялись в Ленинград еще в сентябре — ноябре 1941, а когда озеро замерзло, то продовольствие, топливо и другие грузы стали возить по льду2. По "Дороге жизни" вывозили и ослабевших от голода жителей города: в первую очередь эвакуировали детей, женщин с детьми, больных, раненых и инвалидов 3, а также учащихся, рабочих эвакуируемых заводов и их семьи.


Первая зима в осажденном Ленинграде была суровой. Столбик термометра падал до отметки - 32,1 °C. Средняя температура месяца была – 18,7 °C. В городе даже не зафиксировали привычных зимних оттепелей. В апреле 1942 года снежный покров в городе достигал 52 см. Отрицательная температура воздуха стояла в Ленинграде более полугода, продержавшись до мая включительно. Отопление не поступало в дома, были отключены канализация и водопровод. Прекратилась работа на заводах и фабриках. Главным источником тепла в домах стала печка-«буржуйка». В ней сжигали все, что горело, в том числе книги и мебель.


Но, несмотря на блокаду, в городе продолжалась культурная, интеллектуальная жизнь. Все то время, когда шла блокада, не замолкало ленинградское радио, где выступали поэты и писатели. Летом 1942 г. были открыты некоторые учебные заведения, театры и кинотеатры; состоялись даже несколько джазовых концертов. В первую блокадную зиму продолжали работать несколько театров и библиотек — в частности, на протяжении всего периода блокады были открыты Государственная Публичная библиотека и библиотека Академии наук.


В августе 1942 г. была вновь открыта городская филармония, где стали регулярно исполнять классическую музыку. Во время первого концерта 9 августа в филармонии оркестром ленинградского радиокомитета под управлением Карла Элиасберга была впервые исполнена знаменитая Ленинградская симфония Дмитрия Шостаковича, ставшая музыкальным символом блокады, партитуру которой 2 июля 1942 года доставили с Урала.

Эшелоны, перевозившие людей,
постоянно атаковались немецкой авиацией.
Архивное фото, 1942 г
Во время блокады Ленинград постоянно подвергался артобстрелам, которых было особенно много в сентябре и октябре 1941 года. Авиация совершала по несколько налетов в день - в начале и в конце рабочего дня. Всего за время блокады на Ленинград было выпущено 150 тысяч снарядов и сброшено больше 107 тысяч зажигательных и фугасных бомб. Снарядами было разрушено 3 тысячи зданий, а повреждено больше 7 тысяч. Около тысячи предприятий были выведены из строя. Для защиты от артобстрелов ленинградцы возводили оборонительные сооружения. Жители города построили больше 4 тысяч дотов и дзотов, оборудовали в зданиях 22 тысяч огневых точек, возвели на улицах 35 километров баррикад и противотанковых препятствий.


Для оповещения ленинградцев о вражеских атаках на улицах города было установлено 1500 громкоговорителей. Кроме того, сообщения транслировались через городскую радиосеть. Сигналом тревоги стал звук метронома: его быстрый ритм означал начало воздушной атаки, медленный – отбой. Радиовещание в блокадном Ленинграде было круглосуточным. В городе действовало распоряжение, запрещающее отключать радиоприемники в домах. Дикторы радио рассказывали о ситуации в городе. Когда прекратилось вещание радиопередач, стук метронома все рано продолжал транслироваться в эфире. Его стук называли живым биением сердца Ленинграда.

Вольер с бегемотом в Ленинградском зоопарке во время Блокады
Удивительный факт, но во время Войны Ленинградский Зоопарк продолжал свою работу. Конечно, часть животных из него вывезли еще до начала Блокады, но многие звери все-таки остались в своих вольерах. Некоторые из них погибли во время бомбежек, но большое количество благодаря помощи сочувствующих людей пережило войну. При этом сотрудникам зоопарка приходилось идти на всяческие ухищрения, чтобы накормить своих питомцев. К примеру, чтобы заставить тигров и грифов есть траву, ее упаковывали в шкуры мертвых кроликов и других зверей. А в ноябре 1941 года в зоопарке даже случилось пополнение – у гамадрила Эльзы родился малыш. Но так как у самой матери из-за скудного рациона не было молока, молочную смесь для обезьянки поставлял один из ленинградских роддомов. Малышу удалось выжить и пережить Блокаду.

Слониха в блокадном Ленинграде
Администрацией было принято непростое решение: застрелить крупных хищников, поскольку в случае разбитых вольеров они могли бы сбежать из зоопарка и причинить вред людям. К слову, побег из зверинца таки случился: правда, сбегали обезьяны, их отлавливали по всему Ленинграду. Одной из самых трагических смертей от бомбежек стала смерть слонихи Бетти, ее ранило осколками снаряда, вместе с ней погиб и сторож зоопарка.

На Малой Садовой есть памятники кошкам, спасшим город от крыс
Известно, что во время Блокады голодающие жители Ленинграда вынуждены были есть домашних и уличных животных, в основном, собак и кошек. Однако нередки случаи, когда именно домашние питомцы становились главными кормильцами целых семей. К примеру, существует рассказ про кота по имени Васька, который не только пережил Блокаду, но и приносил практически ежедневно мышей и крыс, коих в Ленинграде развелось огромное количество. Из этих грызунов люди готовили еду, чтобы хоть как-нибудь утолить голод. Летом же Ваську вывозили на природу, чтобы он охотился на птиц. Домашних же животных в январе 1943 года привезли в Ленинград из Ярославля для борьбы с полчищами грызунов, грозивших уничтожить запасы продовольствия. В только что освобожденный город прибыло четыре вагона дымчатых кошек – именно дымчатые кошки считались лучшими крысоловами. За привезенными кошками сразу же выстроилась длинная очередь. Город был спасен: крысы исчезли. Уже в современном Петербурге в знак благодарности животным-избавителям на карнизе домов на Малой Садовой улице появились памятники коту Елисею и кошке Василисе.

Почтовая карточка 1944 года,
посвящённая снятию блокады Ленинграда
После прорыва блокады осада Ленинграда вражескими войсками и флотом продолжалась до сентября 1944 года. Чтобы заставить противника снять осаду города, в июне — августе 1944 года советские войска при поддержке кораблей и авиации Балтийского флота провели Выборгскую и Свирско-Петрозаводскую операции, 20 июня освободили Выборг, а 28 июня — Петрозаводск. В сентябре 1944 года был освобождён остров Гогланд. Последний раз немецкая авиация бомбила Ленинград 14 мая 1944.

Мемориал «Невский пятачок»
За массовый героизм и мужество в защите Родины в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг., проявленные защитниками блокадного Ленинграда, согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР 8 мая 1965 г. городу присвоена высшая степень отличия — звание Город-герой. (Википедия)

15 знаменитых людей, переживших блокаду


Это одна из самых известных блокадных фотографий, которую обнаружили в архивах уже после смерти Сергея Филиппова. Случайный снимок, на котором один из немногих полуживых жителей легендарного города держит в руке пайку хлеба. Кому-то показалось, что на фото именно Филиппов, тем более, что он ленинградец и в то время ему было 30! Многие сразу узнавали любимого актёра (фото это есть почти на всех порталах, где пишут о Сергее Филиппове), некоторые сомневались. Спросить не у кого... Сын Юрий, который живёт в Америке, считает, что в войну его отец был эвакуирован с театром в Душанбе, а некоторые актёры утверждают, что знают из рассказов Филиппова, что из города он не уехал. Как бы там ни было- Филиппов это или просто очень похожий человек, снимок страшный... Как напоминание о той страшной войне...

Золушка. 1947
Знаменитая советская Золушка (Янина Жеймо) прожила целый год в блокадном городе. Несмотря на небольшой рост и хрупкость фигуры, актрису зачислили в истребительный батальон. Также как и все ленинградцы днем она спешила на работу - сниматься в «Боевых сборниках» и агитационных фильмах, где играла подростков или очень юных девушек, - а по ночам шла дежурить на крыши домов, гасить зажигательные бомбы. Ей постоянно предлагали покинуть город на самолёте. Но она долго не соглашалась — дескать, это не по-товарищески. Её дом был открыт для друзей даже в то страшное время, и многих спасали эти вечера. В большой ленинградской квартире Янина разместила множество людей, оставшихся без крыши над головой. Янина Жеймо в самые страшные дни оставалась в городе, снималась, выступала перед бойцами с концертами, получала свои 125 грамм хлеба, поэтому спустя годы говорила: «Гитлер сделал одно доброе дело - я похудела». Когда она однажды вышла с концертным номером перед бойцами и её спросили: «Зачем же Вы остались в Ленинграде?», она ответила: «Но ведь должен же кто-то защищать город!» Грянул хохот — но только внешняя сторона этого заявления (из-за «сказочной» внешности героини) могла показаться забавной.


После появления на экранах «Солдата Ивана Бровкина» Леонид Харитонов стал настоящим кумиром. На экране он создал образ добродушного, скромного и обаятельного, но непутевого паренька, который полюбился буквально всем. Младший брат, Виктор Харитонов, стал актером и режиссером, основал театр «Эксперимент». Но все это случилось после войны. Страшные события 20 века затронули и семью Харитоновых. В 1941 будущим артистам Леониду и Виктору было всего 11 и 4 года. В блокадном Ленинграде, чтобы выжить, детям приходилось есть даже мыло. По словам младшего брата, именно из-за этого у Леонида развилась язва, которая мучила его всю жизнь. В кинохронике тех лет есть кадр с двумя очень худенькими детьми, один из них читает книгу, а другой спит на ступенях – это и есть Леня и Витя.


Когда началась блокада, будущая актриса, Лидия Федосеева-Шукшина, которой не было и трех лет, жила в одной из питерских коммуналок, в которой ютилось более 40 человек. То время Лидия Федосеева-Шукшина не любит вспоминать. Как и всем, ей пришлось пережить голод, разруху, из-за чего пришлось быстро повзрослеть. После завершения осады города мама отвезла Лиду и ее брата к бабушке на станцию Пено.

Алиса Фрейндлих с братом и бабушкой Шарлоттой Фридриховной до войны
Еще одна актриса, которая на собственном опыте прочувствовала весь ужас войны и жизни в блокадном городе – это Алиса Фрейндлих. В 1941 году она только-только пошла в школу. В начале войны их дом, находившийся в самом центре Ленинграда, попал в зону интенсивного обстрела. А зимой 41-го и вовсе был разрушен. Чтобы выжить, как вспоминает актриса, им с мамой и бабушкой приходилось варить столярный клей и заправлять его для вкуса горчицей, которую бережливая бабушка сохранила с довоенных времен.

Галина Вишневская с бабушкой
Все 900 дней блокады будущая оперная певица провела в Ленинграде. На тот момент ей было 15 лет. Она жила вместе с бабушкой. После развода родителей, именно она взяла на себя воспитание девочки. Во время блокады юная Галя потеряла самого дорого для нее человека – бабушку. После чего она стала служить в частях ПВО города, помогая, чем могла, в том числе и своим певческим талантом.


Илья Резник жил в Ленинграде вместе с бабушкой и дедушкой. В 1941 год, когда началась война, ему было всего три года. Отец ушел на фронт, (в 1944 году он погиб), а мать встретила другого, вышла во второй раз замуж и родила тройню, от старшего сына отказалась. После того, как блокада была прорвана, семья эвакуировалась в Свердловск, а затем вернулась.

Илья Глазунов с мамой Ольгой Константиновной до войны
Будущий художник Илья Глазунов родился в потомственной дворянской семье. Отец был историк, мама – в девичестве Флуг – правнучка знаменитого историка и статиста Константина Ивановича Арсеньева, воспитателя Александра II. Все члены большой семьи Ильи Глазунова (папа, мама, бабушка, тетя, дядя) умерли от голода в блокадном Ленинграде. А маленького Илью, которому тогда было 11 лет, удалось родственникам в 1942 году вывезти из города по «Дороге жизни».


Все свои детские воспоминания оперная певица Елена Образцова связывает с блокадным Ленинградом. Когда началась война, ей было 2 года. Несмотря на юный возраст, Елена Образцова запомнила на всю жизнь всепоглощающее чувство голода и холода, постоянные воздушные тревоги, длинные очереди за хлебом в 40-градусный мороз, истощавшие трупы, которые свозили в больницу. Весной 1942 года ей удалось эвакуироваться по «Дороге жизни» в Вологодскую область.


Знаменитый поэт и прозаик Иосиф Бродский родился в Ленинграде в 1940 году в интеллигентной еврейской семье. Когда ему исполнился год, началась война и осада города. Из-за юного возраста он мало что помнил об этом. В память о блокаде осталось фото маленького Иосифа на саночках. Именно на них мама его возила в булочную. Во время бомбёжек маленького Иосифа часто приходилось прятать в бельевой корзине и уносить в бомбоубежище. В апреле 1942 года семья эвакуировалась из города.


Всеми любимой тете Вале (Валентине Леонтьевой) в 1941 году исполнилось 17 лет. Во время блокады хрупкая Валя вместе со своей сестрой Люсей были в отряде ПВО, помогали гасить зажигательные бомбы. Их 60-летний отец, чтобы получать дополнительный паек и прокормить, таким образом, семью стал донором. Однажды по неосторожности он повредил руку, из-за чего началось заражение крови, и вскоре он умер в больнице. В 1942 году Валентина вместе с родными эвакуировалась из города по «Дороге жизни».


Начало войны будущая актриса Лариса Лужина и ее семья встретили в Ленинграде. Тогда ей было всего 2 года. Блокаду пережили не все: старшая сестра, которой было 6 лет, отец, вернувшийся с фронта из-за ранения, умерли от голода, бабушка – от осколка снаряда. Только Ларисе и ее маме удалось в 1942 году эвакуироваться по «Дороге жизни» в Кемеровскую область.



Десятилетняя Кира Крейлис-Петрова пережила блокаду вместе с сестрой и мамой. Отец в 1941 году ушел на фронт. Все ужасы того времени она хорошо запомнила: постоянный голод и невозможность согреться, трупы вокруг и каннибализм. Тем не менее, даже тогда ей удавалось шутить и поддерживать окружающих. Во время бомбежек она рисовала себе усы сажей и веселила ревущих от страха в бомбоубежище детей.


Начало войны Клавдия Шульженко встретила на гастролях в Ереване. Певица добровольно вступила в ряды действующей армии и вернулась в город, став солисткой фронтового джаз-оркестра Ленинградского военного округа. Шульженко сотни раз выезжала на передовую Ленинградского фронтаШульженко сотни раз выезжала на передовую Ленинградского фронта Вместе с мужем артистом Коралли во время блокады они дали более 500 концертов. Своими выступлениями ансамбль помогал людям поверить в победу и не сдаться в тяжелое время. Коллектив просуществовал до 1945 года и получил множество наград.


Летом 1941 года Дмитрий Шостакович начал писать свою новую симфонию, которую впоследствии посвятил борьбе с фашизмом. Когда началась блокада, он был в городе и под звуки бомбежек и содрогание стен дома продолжал работать над своим произведением. Вместе с тем помогал дежурить на крышах домов и тушить зажигательные бомбы. Подтверждение тому - фото композитора в пожарной каске, которое было помещено на обложку британского журнала «Таймс».


В июне 1941 года Анна Андреевна Ахматова отмечала свои 52 года. С 20-х годов она уже была признанным классиком, одной из тех, с кем связан Серебряный век русской поэзии. Уже позади многие трагические моменты её судьбы: муж Н.С. Гумилёв расстрелян в 1921 году; единственный сын Лев Гумилёв арестован ненадолго в 1935 году, потом осуждён на 5 лет — в 1938-м. Уже сделаны первые наброски поэмы «Реквием», в которую Анна Андреевна вложила и горе вдовы, и матери «врагов народа». С началом войны она стала одной из немногих женщин-бойцов пожарной команды, выполняя мужскую работу наравне с другими жителями города. В воспоминаниях о первых месяцах блокады поэтесса Ольга Берггольц пишет: «С лицом, замкнутым в суровости и гневности, с противогазом через плечо, она несла дежурство как рядовой боец противопожарной обороны. Она шила мешки для песка, которыми обкладывали траншеи-убежища в саду того же Фонтанного дома, под клёном, воспетым ею в «Поэме без героя»…»
И — Анна Ахматова не перестаёт писать. Её стихи читали на Ленинградском радио. В июле 1941 в эфире прозвучала «Клятва» — одно из самых известных её стихотворений военных лет.
И та, что сегодня прощается с милым, —
Пусть боль свою в силу она переплавит.
Мы детям клянемся, клянемся могилам,
Что нас покориться никто не заставит!

Из дневника Ольги Берггольц: «24/IX-41 … Зашла к Ахматовой, она живёт у дворника (убитого артснарядом на ул. Желябова) в подвале, в тёмном-тёмном уголке прихожей, вонючем таком, совершенно достоевщицком, на досках, находящих друг на друга, — матрасишко, на краю — закутанная в платки, с ввалившимися глазами — Анна Ахматова, муза Плача, гордость русской поэзии — неповторимый, большой сияющий Поэт. Она почти голодает, больная, испуганная. …Она сидит в кромешной тьме, даже читать не может, сидит, как в камере смертников… и сказала: «Я ненавижу, я ненавижу Гитлера, я ненавижу Сталина, я ненавижу тех, кто кидает бомбы на Ленинград и на Берлин, всех, кто ведет эту войну, позорную, страшную…»
Осенью 1941-го тяжело больную Анну Андреевну вывезли на самолете из осаждённого Ленинграда в Москву, затем эвакуировали в Среднюю Азию в конце 1941 года. В 1944 году Ахматова вернулась в разорённый войной, но уже свободный Ленинград.



В 1941 ей был 31 год. Поэтессу Ольгу Фёдоровну Берггольц в годы войны и сразу после называли «блокадной музой», «голосом осаждённого Ленинграда». Её слова:
Никто не забыт и ничто не забыто!
— высечены на гранитной стене Пискарёвского мемориального кладбища. В годы войны, оставаясь в осаждённом Ленинграде, она работала на радио, почти ежедневно обращаясь к мужеству жителей города. Её голос стал для тысяч людей символом надежды. А ещё — она писала, писала стихи.
Когда началась война — она стала «Сумевшей Подняться». Надо всеми личными несчастьями и неизгладимыми обидами. Над безвременной гибелью двух любимых ею мужчин (Н. Молчанов умер от голода). Над потерей всех своих детей. Над издевательствами в тюрьме. Над растоптанным сапогами романтизмом. Над одиночеством.
От Ленинградского отделения Союза писателей Ольгу Берггольц направили в распоряжение Ленинградского Радиокомитета. И — цитирую: «Спустя самое недолгое время тихий голос Ольги Берггольц стал голосом долгожданного друга в застывших и тёмных блокадных ленинградских домах, стал голосом самого Ленинграда. Это превращение показалось едва ли не чудом: из автора мало кому известных детских книжек и стихов, про которые говорилось «это мило, славно, приятно – не больше», Ольга Берггольц в одночасье вдруг стала поэтом, олицетворяющим стойкость Ленинграда» (Сборник «Вспоминая Ольгу Берггольц»).
Берггольц должны были эвакуировать вместе с мужем, но в январе 1942 года Николай Молчанов умирает. Ольга принимает решение остаться. Когда началась война, Молчанов уклонился от участи инвалида и был направлен на строительство укреплений на Лужском рубеже. Домой вернулся с дистрофией в последней, необратимой стадии. Умер в госпитале. В его боевой характеристике была фраза: «Способен к самопожертвованию». Ольга Берггольц посвятила ему лучшую, по собственному счёту, поэтическую книгу «Узел» (1965). Она ходила к нему в госпиталь, а он почти уже не узнавал её. И так получилось, что не смогла его похоронить.
От работы на радио никто её не освобождал. И что бы с ней самой ни происходило, она строго по графику появлялась в студии, и в эфире раздавалось:
– Внимание! Говорит Ленинград! Слушай нас, родная страна. У микрофона поэтесса Ольга Берггольц.
Голос Ольги Берггольц источал небывалую энергию. Она делала репортажи с фронта, читала их по радио. Её голос звенел в эфире три с лишним года. Её голос знали, её выступления ждали. Её слова, её стихи входили в замерзшие, мёртвые дома, вселяли надежду, и Жизнь продолжала теплиться:
Товарищ, нам горькие выпали дни,
Грозят небывалые беды,
Но мы не забыты с тобой, не одни,
– И это уже победа!

Каждый блокадный год 31 декабря именно Ольга Берггольц выступала по ленинградскому радио с новогодними поздравлениями, вселявшими уверенность в победе. Не случайно фашисты внесли Ольгу Берггольц в чёрный список людей, которые будут расстреляны сразу же по взятии города.
А она выступала не только по радио, но и в цехах Кировского завода, и в госпиталях, и на переднем крае обороны. Одно из её чтений несколько раз прерывал миномётный обстрел. Тогда кто-то из бойцов снял с себя каску и надел на Ольгу.
Порой казалось, что с горожанами беседует человек, полный сил и здоровья, но Ольга Берггольц, как и все горожане, существовала на голодном пайке.
В годы войны у знаменитой уже поэтессы и не было ни особых привилегий, ни дополнительных пайков. А когда один из работников радиокомитета потерял свои карточки и, таким образом, приговорил к вымиранию свою семью, Ольга отдала ему хлебную карточку; другие сотрудники взяли на себя заботу о ней и помогли дотянуть до конца месяца. Когда блокада была прорвана, Ольгу Фёдоровну отправили в Москву. Врачи диагностировали у неё дистрофию…
Это была её идея – исполнить в блокадном Ленинграде Седьмую (Ленинградскую) симфонию Дмитрия Шостаковича, выступление которого по радио она подготовила в страшном сентябре 1941 года. Премьера этой симфонии, получившая всемирный резонанс, состоялась 9 мая 1942 года в Филармонии. Она транслировалась по радио, и бессмертную музыку Шостаковича слушали жители города и бойцы на фронте.
В 1942 года отец Ольги — Фёдор Берггольц — за отказ стать осведомителем был выслан из блокадного Ленинграда органами НКВД в Минусинск (Красноярский край).
Он родился в Петербурге, в блокаду спас сотни людей. Вербовщикам не понравилось его остроумие, когда он преспокойно ответил на их предложение стать секретным осведомителем так:
– А почему же секретным? Всё, о чем я осведомлен, я привык говорить вслух. Тайный донос – это для Третьего отделения, а не по медицинскому ведомству.
И в это же время Берггольц создала свои лучшие поэмы, посвящённые защитникам Ленинграда: «Февральский дневник» (1942), «Ленинградскую поэму».

Лицо Победы (стихи Евгения Евтушенко)

У Победы лицо не девчоночье,
а оно как могильный ком.
У Победы лицо не точёное,
а очерченное штыком.

У Победы лицо нарыдавшееся.
Лоб её как в траншеях бугор.
У Победы лицо настрадавшееся –
Ольги Федоровны Берггольц.



После войны Сталин предпочел праздновать победы, которые достались не столь высокой ценой в Москве и Сталинграде. Брежнев сделал блокаду частью героического культа Великой Отечественной Войны, стараясь уйти от политического застоя отставания жизненных стандартов советского общества.

Суровая правда состоит в том, что только во время Перестройки Горбачева стало возможным обсуждение таких тем как аресты, убийства, инакомыслие, каннибализм, коррупция, воровство и перераспределение продовольствия, безответственное распоряжение солдатскими жизнями на фронте.

В современной России (так же как и в Ленинграде – ныне Санкт-Петербурге) День Победы по-прежнему остается одним из национальных праздников. На Пискаревское кладбище, крупнейшее место массовых захоронений времен войны, новое поколение приносит хлеб и цветы.


В той страшной войне русский народ проявил невиданный массовый героизм и самоотверженность в смертельной борьбе с паразитической напастью, пытавшейся в очередной раз покорить и уничтожить Великую Русь. А сегодня потомки тех паразитов пытаются нахально изолгать Победу, завоёванную русами кровью и жизнью миллионов лучших сынов и дочерей.

Скорее всего, к людям наконец-то начала просачиваться ранее тщательно скрывавшаяся информация, которая способна открыть нам подлинных организаторов той страшной войны, подлинные цели, которые они ставили перед собой, и подлинные события, происходившие в то страшное и жестокое время.

Нам кажется, что мы знаем практически всё о Великой Отечественной Войне, ведь о ней написаны тысячи книг, созданы сотни документальных и художественных фильмов, написано множество картин и стихов. Но в действительности мы знаем только то, что давно выхолощено и выставлено на всеобщее обозрение. Там тоже может быть какая-то часть правды, но далеко не вся.

Мы с вами сейчас убедимся в том, что знаем очень мало даже о самых главных, как нам внушили, событиях той Войны. Я хочу обратить ваше внимание на статью Алексея Кунгурова из Челябинска под названием «О математике и исторической реальности», которую в своё время незаслуженно проигнорировали все мировые СМИ.

В этой небольшой статье он привёл несколько фактов, которые вдребезги разбивают существующую легенду о блокаде Ленинграда. Нет, он не отрицает, что там шли затяжные и тяжёлые бои, и было огромное число жертв среди мирного населения.

Но он утверждает, что блокады Ленинграда (полного окружения города) не было, и приводит убедительные доказательства этому своему утверждению.

Он делает свои выводы, анализируя общедоступную, широко известную информацию с помощью логики и арифметики. Более подробно об этом можно посмотреть и послушать в записи его Интернет-Конференции «Управление историей, как системой знаний»…

В Ленинграде того времени было немало странностей и непонятностей, которые мы сейчас и озвучим, используя множество фрагментов из названной статьи Алексея Кунгурова.

К сожалению, разумных и обоснованных объяснений тому, что происходило в то время в Ленинграде, пока не найдено. Поэтому приходится надеяться на то, что правильно сформулированные вопросы помогут нам с вами найти или вычислить правильные ответы.

В своих дополнениях к материалам Алексея Кунгурова мы тоже будем пользоваться только общедоступной и широко известной информацией, многократно озвученной и подтверждённой фотоматериалами, картами и прочими документами.

Итак, пойдём по порядку.

ЗАГАДКА ПЕРВАЯ
Откуда взялся этот термин?


Блокады именно города Ленинграда в действительности не было. Этот звучный термин, скорее всего, был придуман для переноса на немцев вины за массовые жертвы среди городского населения. Но окружения именно города Ленинграда в той Войне не было!

Летом 1941 года, согласно имеющейся общедоступной информации, определённая, довольно большая территория в несколько тысяч квадратных километров, на которой находился и сейчас находится город Ленинград, была отрезана немецкими войсками от остальной территории страны. Это случилось в конце августа 1941 года:

«После упорных боёв 39-й моторизованный корпус противника 30 августа захватил крупный железнодорожный узел Мга. Последняя железная дорога, соединяющая Ленинград со страной, оказалась перерезанной…»

ЗАГАДКА ВТОРАЯ
Почему было так мало снарядов?


Статья А. Кунгурова начинается с анализа письменного утверждения о том, что на город за время блокады упало 148.478 снарядов. Историки описывают эти события следующим образом: «Ленинградцы жили в постоянном нервном напряжении, обстрелы следовали один за другим. С 4 сентября по 30 ноября 1941 года город обстреливался 272 раза общей продолжительностью 430 час. Иногда население оставалось в бомбоубежищах почти сутки. 15 сентября 1941 года обстрел длился 18 ч. 32 м, 17 сентября - 18 ч. 33 м. Всего за период блокады по Ленинграду было выпущено около 150 тыс. снарядов…»

Кунгуров, путём несложных арифметических вычислений показывает, что эта цифра взята с потолка и может отличаться от реальности на несколько порядков! Один артиллерийский дивизион из 18 орудий большого калибра за упоминавшиеся 430 часов обстрелов способен сделать 232.000 выстрелов!

Но ведь блокада, согласно укоренившимся данным, длилась гораздо дольше трёх недель, да и орудий у врага было в несколько сотен раз больше. Поэтому число упавших снарядов, о которых писали газеты того времени, а потом переписывали все, кто писал нам о блокаде, должно было бы быть на несколько порядков больше, если бы блокада имела место в том виде, к которому нас всех приучили.

С другой стороны, многие фотографии блокадного Ленинграда показывают, что разрушения в центральной части города были минимальными! Это возможно лишь в том случае, если врагу не давали атаковать город артиллерией и авиацией.


Однако, если судить по картам, враг стоял всего в нескольких километрах от города, и резонный вопрос о том, почему город и военные заводы не были полностью превращены в развалины за пару-тройку недель, остаётся открытым.

ЗАГАДКА ТРЕТЬЯ
Почему не было приказа?

У немцев не было приказа занимать Ленинград. Кунгуров очень чётко пишет об этом следующим образом:

Командующий группой армий «Север» генерал-фельдмаршал В. фон Лейб
с командующим 18-й армии генерал-полковником Г. фон Кюхлером
на передовых позициях на восточном фронте. Октябрь 1941
«Фон Лейб, командующий армией Север, был грамотным и опытным командиром. У него в подчинении было до 40 дивизий (в том числе и танковые). Фронт перед Ленинградом был длиной 70 км. Плотность войск доходила до уровня 2-5 км на дивизию в направлении главного удара. Говорить при таком раскладе о том, что в этих условиях он не мог взять город, могут только историки, не понимающие ничего в военном деле.

Мы неоднократно видели в художественных фильмах об обороне Ленинграда, как немецкие танкисты въезжают в пригород, давят и расстреливают трамваи. Фронт был прорван, и впереди них не было никого. В своих мемуарах Фон Лейб и многие другие командиры Германской армии утверждали, что им запрещали брать город, давали приказ отойти с выгодных позиций…»


Не правда ли, очень странно вели себя немецкие войска: вместо того, чтобы легко овладеть городом и наступать дальше (мы же понимаем, что ополченцы, которых нам показывали в кино, серьёзного сопротивления регулярным войскам не способны оказать в принципе), захватчики почти 3 года стоят возле Ленинграда, якобы заблокировав все сухопутные подходы к нему.

А с учётом того, что контратак со стороны обороняющихся, скорее всего, не было или было очень мало, то для наступающих немецких войск это была не война, а самый настоящий санаторий! Интересно бы узнать подлинную реакцию немецкого командования на эту легенду о блокаде.

ЗАГАДКА ЧЕТВЕРТАЯ
Почему работал Кировский завод?


«Известно, что Кировский завод работал всё время блокады. Факт тоже известный - он находился в 3 (трёх!!!) километрах от линии фронта. Для людей, которые не служили в армии, скажу, что на такую дальность может залететь пуля от Мосинской винтовки, если стрельнуть в нужную сторону (про артиллерийские орудия большего калибра я просто молчу).

Из района Кировского завода эвакуировали жителей, но завод продолжал работать под самым носом у германского командования, и его так и не уничтожили (хотя, с этой задачей мог бы справиться один лейтенант-артиллерист с батареей не самого большого калибра, при правильно поставленной задаче и достаточном количестве боеприпасов)…»

Вы понимаете, что здесь написано? Здесь написано, что лютый враг, который 3 года непрерывно стрелял из пушек и бомбил окружённый город Ленинград, не удосужился за это время уничтожить Кировский завод, выпускавший военную технику, хотя это можно было сделать за один день!


Чем это можно объяснить? Либо тем, что немцы совсем стрелять не умели, либо тем, что у них не было приказа уничтожать завод врага, что не менее фантастично, чем первое предположение; либо немецкие войска, которые стояли под Ленинградом, выполняли другую функцию, пока нам неведомую…

Чтобы понять, как выглядит город, по-настоящему обработанный артиллерией и авиацией, найдите военные фото Сталинграда, который обстреливали не 3 года, а гораздо меньше времени:


А вот так выглядел Дрезден после бомбардировки англо-американской авиацией в феврале 1945. Количество бомб сброшенных на город за 2 дня составило около 650 тысяч! Тогда на переполненный беженцами мирный город было сброшено 1 478 тонн фугасных и 1 182 тонны зажигательных бомб:


ЗАГАДКА ПЯТАЯ
Как снабжался Кировский завод?

«Кировский завод выпускал различную продукцию: танки КВ-1, самоходки САУ-152, к 1943 году освоили производство танков ИС-1, ИС-2 и САУ-152. По размещённым в Интернете фотографиям мы можем представить масштаб производства танков (это крупное и серийное производство). Кроме Кировского завода, работали и остальные заводы Ленинграда, выпуская снаряды и другую военную продукцию. С весны 1942 года в Ленинграде возобновилось движение трамваев… Это лишь маленькая частичка реальности, очень отличающаяся от исторических мифов, написанных профессиональными историками…»

Для того чтобы работало и выпускало продукцию крупное машино-строительное предприятие, каким был «Кировский завод», необходимо очень серьёзное, постоянное снабжение. И это должна быть не только электроэнергия в необходимых и весьма больших объёмах, но и сырьё (металл нужных марок тысячами тонн), комплектующие тысяч наименований, инструменты тысяч наименований, продукты питания и вода для рабочих и очень много всего остального.

Кроме этого, нужно же было куда-то девать готовую продукцию! Это же не авторучки! Это же крупные изделия, которые можно было транспортировать только своим ходом, морским или железнодорожным транспортом. А то, что продукция изготавливалась, подтверждают письменные свидетельства:

«Вследствие остановки практически всех электростанций, некоторые станки приходилось приводить в движение вручную, из-за чего трудовой день увеличился. Нередко кое-кто из рабочих оставался ночевать в цеху, экономя время на выполнение срочных фронтовых заказов. В результате такой самоотверженной трудовой деятельности за второе полугодие 1941 года действующая армия получила из Ленинграда 3 млн. снарядов и мин, более 3 тыс. полковых и противотанковых орудий, 713 танков, 480 бронемашин, 58 бронепоездов и бронеплощадок.

2. Помогали трудящиеся Ленинграда и другим участкам советско-германского фронта. Осенью 1941 года, во время ожесточённых боёв за Москву, город на Неве отправил войскам Западного фронта свыше тысячи артиллерийских орудий и миномётов, а также значительное количество других видов вооружения. В трудной обстановке осени 1941 года главной задачей трудящихся осаждённого города было снабжение фронта вооружением, боеприпасами, снаряжением и обмундированием. Несмотря на эвакуацию ряда предприятий, мощность ленинградской промышленности оставалась значительной. В сентябре 1941 года предприятия города выпустили более тысячи 76-миллиметровых пушек, свыше двух тысяч миномётов, сотни противотанковых орудий и пулемётов…»

Странная блокада получается: 30 августа 1941 года было прервано железнодорожное сообщение с «большой землёй», а осенью 1941 года на Западный фронт были отправлены «свыше тысячи артиллерийских орудий и миномётов, а также значительное количество других видов вооружения…»


Как можно было вывезти из «блокадного» Ленинграда такое колоссальное количество вооружений на Западный фронт, если железнодорожного сообщения уже не было? На плотах и лодках через Ладожское озеро под непрерывным обстрелом немецкой артиллерии и самолётов, господствовавших в воздухе в то время?

Теоретически такое возможно, но практически очень маловероятно…

ЗАГАДКА ШЕСТАЯ
Куда девалась продукция Кировского завода?

«Факт остаётся фактом: количество произведённой продукции посчитано и озвучено, с фактом не поспоришь. Теперь немного подумаем над тем, что же на самом деле написали историки.

Первый вопрос - по способу доставки из осаждённого города в действующую армию и большей частью под Москву 713 танков, 3000 орудий, миллиона снарядов и главное - 58 бронепоездов - всё это можно вывезти только по рельсам, и требуется не менее 100 эшелонов. Ибо танки и бронепоезда тем более, на катерах не возят (таких катеров (паромов) ещё не существовало).

Второй вопрос - это озвучено массовое производство (и это в условиях осады). Сказки про то, что можно что-то выпустить, не имея сырья, материалов и, тем более, инструмента, можно рассказывать только безграмотным людям!

Всё это указывает на постоянный подвоз необходимых материалов и сырья. Ведь в блокированном городе Ленинграде не было угольных шахт, железорудных и прочих месторождений для обеспечения промышленности углём, сталью, коксом, флюсами и прочими материалами!



«Историки» утверждают, что станки вращали вручную - это просто домысел безграмотных в технике людей: попробуйте станок с приводом 3-10 кВт (а именно такие приводы имеют промышленные сверлильные и токарные станки) провернуть вручную и выточить металлическую заготовку. Вы сразу же сообразите, что это самая обычная выдумка, руками не то, что обеспечить нужную скорость вращения, просто провернуть такой станок невозможно!..»

ЗАГАДКА СЕДЬМАЯ
Снарядов самим не хватало?

”Историки” также утверждают, что основной причиной увеличения продолжительности рабочего времени был не героический порыв отдать все для общей победы, а отсутствие электроэнергии. Из работ «историков»:

Осенью и зимой 1941/42 года советская артиллерия вела эту борьбу в чрезвычайно трудных условиях: не хватало боеприпасов, средств артиллерийской инструментальной разведки, отсутствовала корректировочная авиация, дальность стрельбы советских орудий в первое время уступала немецким, поэтому вплоть до весны 1942 года противодействие артиллерии противника носило оборонительный характер, хотя ответные удары советской артиллерии и ослабили боевую мощь врага...

Всё-таки интересно - у них самих не хватало снарядов или они переправили 3 миллиона снарядов армии?! Почему? У них в блокаде не было проблем? А как они увеличили дальность стрельбы орудий? Наверное, подкатили орудия поближе?! Это ещё один пример не просто безграмотного изложения и непонимания информации, а полной фальсификации!

Дальность стрельбы орудия сама не увеличивается и не уменьшается, и изначально задана конструктивными параметрами! Историки должны были указать, что были спроектированы, изготовлены, испытаны и приняты на вооружение новые орудия с увеличенной дальностью стрельбы. Похоже, историки писали так, надеясь, что это никто не будет читать или анализировать…

ЗАГАДКА ВОСЬМАЯ
Откуда бралась электроэнергия?

«На территории Ленинграда было пять ТЭС, они входили в состав Энергосистемы Ленинградской области. Энергетики про это время пишут так:

Энергетическая блокада

После того как 8 сентября 1941 года вокруг Ленинграда замкнулось кольцо блокады, город оказался отрезанным от всех загородных электростанций, снабжавших его энергией. Были разрушены многие подстанции и линии электропередачи. В самом Ленинграде работало только пять тепловых электростанций.

Однако и на них из-за недостатка топлива резко сократилась выработка энергии, которой хватало только на госпитали, хлебозаводы и правительственные здания, имевшие отношение к фронту. Прервалась передача электроэнергии с Волховской ГЭС, основное оборудование которой в октябре 1941 года было демонтировано и вывезено на Урал и в Среднюю Азию.

На станции остались в работе два вспомогательных гидроагрегата по 1000 кВт, работавшие для железнодорожного узла Волховстрой и воинских частей. Была парализована работа оборонных заводов, остановились трамваи и троллейбусы, перестал работать водопровод.

Многие энергетики ушли на фронт, а оставшиеся продолжали работать в суровых условиях голода и холода, обеспечивая выработку возможного количества электроэнергии. Началась энергетическая блокада Ленинграда. Самым тяжёлым днём для энергетики Ленинграда стало 25 января 1942 года. Во всей энергетической системе работала только одна станция, неся нагрузку всего в 3000 кВт…

Немного прокомментируем статью: с сентября 1941 года производство электроэнергии сократилось из-за режима чрезвычайной экономии. К январю 1942 года закончился уголь в городе, тепловые электростанции практически остановились, и производилось только 3000 кВт. При этом Волховская ГЭС вырабатывала 2000 кВт (2 МВт), и этого хватало только на ж.д. узел и воинские части (то есть, обратите внимание на цифру - 2 мегаватта это очень немного в масштабах города).

В период Великой Отечественной войны, когда большинство электростанций блокадного Ленинграда из-за отсутствия топлива не могли работать. Зимой 1941-1942 годов котёл № 3 электростанции «Красный Октябрь» был переделан под сжигание фрезерного торфа, который имелся на торфопредприятиях Всеволожского района. Пуск этого агрегата позволил повысить нагрузку электростанции до 21-22 тыс. кВт из 23-24 тыс. кВт, вырабатываемых системой. (Википедия)

То есть, озвучена окончательная цифра: вся система (точнее, одна тепловая электростанция на торфе плюс Волжская ГЭС) до конца войны производила 24 тыс. киловатт. Цифра только кажется большой, но, к примеру, приведу, что этой энергии не хватит одному городу (например Гродно, 338 тысяч человек) одновременно вскипятить электрические чайники.

В Ленинграде с весны 1942 года действовало 6 маршрутов трамвая. Для обеспечения этого энергопотребления требуется 3,6 тысяч кВт электроэнергии (3,6 МВт). Чтобы на каждом маршруте ходило 20 трамваев общим числом 120 (всего) с предполагаемой мощностью двигателя 30 (!) кВт (к примеру, современные трамваи имеют мощность до 200 кВт)…

Осталось подвести баланс по электроэнергии

На оставшуюся от движения трамваев электроэнергию (20 МВт) нужно запитать производство заводов, а это:
  • десятки тысяч станков по 3-10 кВт каждый (изготовлены миллионы снарядов, болтов, втулок, шпонок, валов и т.д.), - 30-100 МВт (это если 10 тысяч станков на всех заводах);
  • десятки станков по производству стволов пушек (токарно-винторезные станки больших размеров),
  • прокатные станы (без этого броневых листов не бывает),
  • много промышленных сварочных агрегатов (всё-таки выпустили 713 танков за полгода, по 5 танков в день), танк обваривается не один день. Если предположить, что танк обваривают одним сварочным агрегатом трое суток, то требуется 15 сварочных агрегатов общей мощностью 600 кВт…
И в итоге элементарных подсчётов получаем, что у нас сильно не хватает оставшейся энергии (20 МВт), а нужно обеспечить светом ещё обком и горком партии, облсовет и горсовет, управление НКВД, госпитали и т.д.»

Жданов и Сталин
Не известно, питался ли Жданов пирожными буше и горячими блинами, которые личный шофёр Васильев возил ему в Смольный, доставляли ли Жданову самолётами персики и ананасы из Партизанского края, но некоторые в блокаду питались весьма сытно и даже умудрились разбогатеть. О них писали сами ленинградцы в своих дневниках и письмах. Вот цитаты из книги "Блокадная этика. Представления о морали в Ленинграде в 1941-1942 гг."

B. Базанова, не раз обличавшая в своем дневнике махинации продавцов, подчеркивала, что и ее домработницу, получавшую в день 125 г хлеба, «все время обвешивают грамм на 40, а то и на 80» – она обычно выкупала хлеб для всей семьи. Продавцам удавалось и незаметно, пользуясь слабой освещенностью магазинов и полуобморочным состоянием многих блокадников, вырывать из «карточек» при передаче хлеба большее количество талонов, чем это полагалось. Поймать в таком случае за руку их было сложно.

...Воровали и в столовых для детей и подростков. В сентябре представители прокуратуры Ленинского района проверили бидоны с супом на кухне одной из школ. Выяснилось, что бидон с жидким супом был предназначен для детей, а с «обычным» супом – для преподавателей. В третьем бидоне был «суп как каша» – его владельцев найти не удалось.

...Обмануть в столовых было тем легче, что инструкция, определявшая порядок и нормы выхода готовой пищи, являлась весьма сложной и запутанной. Техника воровства на кухнях в общих чертах была описана в цитировавшейся ранее докладной записке бригады по обследованию работы Главного управления ленинградских столовых и кафе: «Каша вязкой консистенции должна иметь привар 350, полужидкая – 510 %. Лишнее добавление воды, особенно при большой пропускной способности, проходит совершенно незаметно и позволяет работникам столовых, не обвешивая, оставлять себе продукты килограммами».

...Признаком распада нравственных норм в «смертное время» стали нападения на обессиленных людей: у них отнимали и «карточки», и продукты. Чаще всего это происходило в булочных и магазинах, когда видели, что покупатель замешкался, перекладывая продукты с прилавка в сумку или пакеты, а «карточки» в карманы и рукавицы. Нападали грабители на людей и рядом с магазинами. Нередко голодные горожане выходили оттуда с хлебом в руке, отщипывая от него маленькие кусочки, и были поглощены только этим, не обращая внимания на возможные угрозы. Часто отнимали «довесок» к хлебу – его удавалось быстрее съесть. Жертвами нападений являлись и дети. У них легче было отнять продукты.

..."Вот мы здесь с голода мрем, как мухи, а в Москве Сталин вчера дал опять обед в честь Идена. Прямо безобразие, они там жрут <…> а мы даже куска своего хлеба не можем получить по-человечески. Они там устраивают всякие блестящие встречи, а мы как пещерные люди <…> живем”, — записывала в дневнике Е. Мухина. Жесткость реплики подчеркивается еще и тем, что о самом обеде и о том, насколько он выглядел “блестящим”, ей ничего не известно. Здесь, конечно, мы имеем дело не с передачей официозной информации, а с ее своеобразной переработкой, спровоцировавшей сравнение голодных и сытых. Ощущение несправедливости накапливалось исподволь. Такая резкость тона едва ли могла обнаружиться внезапно, если бы ей не предшествовали менее драматичные, но весьма частые оценки более мелких случаев ущемления прав блокадников — в дневнике Е. Мухиной это особенно заметно.



Состав: пищевая целлюлоза 10 %, жмых – 10 %, обойная пыль – 2 %, выбойки из мешков – 2 %, хвоя – 1 %, ржаная обойная мука – 75 %. При выпечке этого хлеба формы для выпечки смазывали соляровым маслом (другого не было).

...Ощущение несправедливости из-за того, что тяготы по-разному раскладываются на ленинградцев, возникало не раз – при отправке на очистку улиц, из-за ордеров на комнаты в разбомбленных домах, во время эвакуации, вследствие особых норм питания для «ответственных работников». И здесь опять затрагивалась, как и в разговорах о делении людей на «нужных» и «ненужных», все та же тема – о привилегиях власть имущих. Врач, вызванный к руководителю ИРЛИ (тот беспрестанно ел и «захворал желудком»), ругался: он голоден, а его позвали к «пере-жравшемуся директору». В дневниковой записи 9 октября 1942 г. И. Д. Зеленская комментирует новость о выселении всех живущих на электростанции и пользующихся теплом, светом и горячей водой. То ли пытались сэкономить на человеческой беде, то ли выполняли какие-то инструкции – И. Д. Зеленскую это мало интересовало. Она прежде всего подчеркивает, что это несправедливо. Одна из пострадавших – работница, занимавшая сырую, нежилую комнату, «принуждена мотаться туда с ребенком на двух трамваях… в общем часа два на дорогу в один конец». «Так поступать с ней нельзя, это недопустимая жестокость». Никакие доводы начальства не могут приниматься во внимание еще и потому, что эти «обязательные меры» его не касаются: «Все семьи [руководителей. – С. Я.] живут здесь по прежнему, недосягаемые для неприятностей, постигающих простых смертных».

...З. С. Лившиц, побывав в Филармонии, не нашла там «опухших и дистрофиков». Она не ограничивается только этим наблюдением. Истощенным людям «не до жиру» – это первый ее выпад против тех «любителей музыки», которые встретились ей на концерте. Последние устроили себе хорошую жизнь на общих трудностях – это второй ее выпад. Как «устроили» жизнь? На «усушке-утруске», на обвесе, просто на воровстве. Она не сомневается, что в зале присутствует в большинстве своем лишь «торговый, кооперативный и булочный народ» и уверена, что «капиталы» они получили именно таким преступным способом... Не нужны аргументы и А. И. Винокурову. Встретив 9 марта 1942 г. женщин среди посетительниц Театра музыкальной комедии, он сразу же предположил, что это либо официантки из столовых, либо продавщицы продовольственных магазинов. Едва ли это было точно ему известно – но мы будем недалеки от истины, если сочтем, что шкалой оценки послужил здесь все тот же внешний вид «театралов».

... Будущий академик Дмитрий Лихачев рассказывал, как его вызвали в Ленинградский горком партии страшной блокадной зимой 1941–1942 годов. «В Смольном густо пахло столовой. Все люди имели сытый вид. Женщина, которая принимала нас, выглядела полной и здоровой» . Д.С. Лихачев, заходя в кабинет заместителя директора института по хозяйственной части, каждый раз замечал, что тот ел хлеб, макая его в подсолнечное масло: «Очевидно, оставались карточки от тех, кто улетал или уезжал по дороге смерти». Блокадники, обнаружившие, что у продавщиц в булочных и у кухарок в столовых все руки унизаны браслетами и золотыми кольцами, сообщали в письмах, что «есть люди, которые голода не ощущают».

...«Сыты только те, кто работает на хлебных местах» – в этой дневниковой записи 7 сентября 1942 г. блокадник А. Ф. Евдокимов выразил, пожалуй, общее мнение ленинградцев. В письме Г. И. Казаниной Т. А. Коноплевой рассказывалось, как располнела их знакомая («прямо теперь и не узнаешь»), поступив на работу в ресторан – и связь между этими явлениями казалась столь понятной, что ее даже не обсуждали. Может быть, и не знали о том, что из 713 работников кондитерской фабрики им. Н. К. Крупской, трудившихся здесь в начале 1942 г., никто не умер от голода, но вид других предприятий, рядом с которыми лежали штабеля трупов, говорил о многом. Зимой 1941/42 г. в Государственном институте прикладной химии (ГИПХ) умирало в день 4 человека, на заводе «Севкабель» до 5 человек. На заводе им. Молотова во время выдачи 31 декабря 1941 г. продовольственных «карточек» скончалось в очереди 8 человек. Умерло около трети служащих Петроградской конторы связи, 20–25 % рабочих Ленэнерго, 14 % рабочих завода им. Фрунзе. На Балтийском узле железных дорог скончалось 70 % лиц кондукторского состава и 60 % – путейского состава. В котельной завода им. Кирова, где устроили морг, находилось около 180 трупов, а на хлебозаводе № 4, по словам директора, «умерло за эту тяжелую зиму три человека, но… не от истощения, а от других болезней».

...Б. Капранов не сомневается, что голодают не все: продавцы имеют «навар» в несколько килограммов хлеба в день. Он не говорит, откуда ему это известно. И стоит усомниться, мог ли он получить столь точные сведения, но каждая из последующих записей логична. Поскольку «навар» таков, значит, они «здорово наживаются». Разве можно с этим спорить? Далее он пишет о тысячах, которые скопили воры. Что ж, и это логично – крадя килограммы хлеба в день, в голодном городе можно было и обогатиться. Вот список тех, кто объедается: «Военные чины и милиция, работники военкоматов и другие, которые могут взять в специальных магазинах все, что надо». Разве он со всеми знаком, причем настолько, что ему без стеснения рассказывают о своем благоденствии? Но если магазин специальный, значит, там дают больше, чем в обычных магазинах, а раз так, то бесспорно, что его посетители «едят… как мы ели до войны». И вот продолжение перечня тех, кто живет хорошо: повара, заведующие столовыми, официанты. «Все мало-мальски занимающие важный пост». И ничего не надо доказывать. И так думает не только он один: «Если бы мы получали полностью, то мы бы не голодали и не были бы больными… дистрофиками», – жаловались в письме А. А. Жданову работницы одного из заводов. Неопровержимых доказательств у них, похоже, нет, но, просят они, «посмотрите на весь штат столовой… как они выглядят – их можно запрягать и пахать».

...Более беллетризованный и живописный рассказ о внезапно разбогатевшей работнице пекарни оставил Л. Разумовский. Повествование строится на почти полярных примерах: безвестность ее в мирное время и «возвышение» в дни войны. «Ее расположения добиваются, перед ней заискивают, ее дружбы ищут» – заметно, как нарастает это чувство гадливости примет ее благоденствия. Из темной комнаты она переехала в светлую квартиру, скупала мебель и даже приобрела пианино. Автор нарочито подчеркивает этот внезапно обнаружившийся у пекаря интерес к музыке. Он не считает излишним скрупулезно подсчитать сколько ей это стоило: 2 кг гречи, буханка хлеба, 100 руб. Другая история – но тот же сценарий: «Это была до войны истощенная, вечно нуждавшаяся женщина…Теперь Лена расцвела. Это помолодевшая, краснощекая нарядно и чисто одетая женщина!…У Лены много знакомых и даже ухаживателей… Она переехала с чердачного помещения во дворе на второй этаж с окнами на линию… Да, Лена работает на базе!»

...Читая протокол обсуждения в Смольном фильма «Оборона Ленинграда», трудно избавиться от впечатления, что его зрители было больше озабочены «пристойностью» показанной здесь панорамы блокады, чем воссозданием ее подлинной истории. Главный упрек: фильм не дает заряд бодрости и энтузиазма, не призывает к трудовым свершениям... «В картине переборщен упадок», – отметил А. А. Жданов. И читая отчет о произнесенной здесь же речи П. С. Попкова, понимаешь, что, пожалуй, именно это и являлось здесь главным. П. С. Попков чувствует себя отменным редактором. В фильме показана вереница покойников. Не нужно этого: «Впечатление удручающее. Часть эпизодов о гробах надо будет изъять». Он увидел вмерзшую в снег машину. Зачем ее показывать? «Это можно отнести к нашим непорядкам». Он возмущен тем, что не освещена работа фабрик и заводов – о том, что большинство их бездействовало в первую блокадную зиму, предпочел умолчать. В фильме снят падающий от истощения блокадник. Это тоже необходимо исключить: «Неизвестно, почему он шатается, может быть пьяный».

...Тот же П. С. Попков на просьбу скалолазов, закрывавших чехлами высокие шпили, дать им «литерные карточки», ответил: «Ну, вы же работаете на свежем воздухе». Вот точный показатель уровня этики. «Что вам райсовет, дойная корова», – прикрикнул председатель райисполкома на одну из женщин, просившую мебель для детского дома. Мебели хватало в законсервированных «очагах» – значительную часть детей эвакуировали из Ленинграда. Это не являлось основанием для отказа в помощи. Причиной могли стать и усталость, и страх ответственности, и эгоизм. И не важно, чем они маскировались: видя, как не делали того, что могли сделать, сразу можно определить степень милосердия.

...«В райкоме работники тоже стали ощущать тяжелое положение, хотя были в несколько более привилегированном положении… Из состава аппарата райкома, Пленума райкома и из секретарей первичных организаций никто не умер. Нам удалось отстоять людей», – вспоминал первый секретарь Ленинского райкома ВКП(б) А. М. Григорьев.

Во время блокады руководители города, все приписанные к столовой Смольного, а также сотрудники НКВД получали нормальное питание. На самолетах в осажденный город доставлялись колбаса, сгущенное молоко, даже консервированные фрукты. В Смольном было несколько столовых, для обслуживающего персонала, там хлеб лежал свободно на тарелочках, а в столовой для ленинградской верхушки фрукты лежали на тарелках. В столовой в Смольном - всю Блокаду хлеб и сахар выдавался без ограничений. Во время блокады продолжала работать особая пекарня, где выпекались сдобные булки, пирожные, белый хлеб. Их качество контролировала спецлаборатория. В неофициальных беседах ответственные работники объясняли ее существование тем, что "пекари даже в условиях блокады не должны терять своего мастерства".

...Примечательна история Н. А. Рибковского. Освобожденный от «ответственной» работы осенью 1941 г., он вместе с другими горожанами испытал все ужасы «смертного времени». Ему удалось спастись: в декабре 1941 г. он был назначен инструктором отдела кадров Ленинградского горкома ВКП(б).  «С питанием особой нужды не чувствую.
Утром завтрак - макароны, или лапша, или каша с маслом и два стакана сладкого чая.
Днем обед - первое щи или суп, второе мясное каждый день.
Вчера, например, я скушал на первое зеленые щи со сметаной, второе котлету с вермишелью,
а сегодня на первое суп с вермишелью, на второе свинина с тушеной капустой.
Вечером для тех, кто работает, бесплатно бутерброд с сыром, белая булочка и пара стаканов сладкого чая.
Не плохо.
Талоны вырезают только на хлеб и мясо. Остальное без талонов. Таким образом по продкарточкам можно будет выкупить в магазинах крупу, масло и другое что полагается и подкармливаться малость дома.. . Качество обедов в столовой Смольного значительно лучше, чем в столовых в которых мне приходилось обедать» (09.12.1941).
В марте 1942 г. его направляют в стационар горкома в поселке Мельничный Ручей. Как всякий блокадник, переживший голод, он не может в своих дневниковых записях остановиться, пока не приведет весь перечень продуктов, которыми его кормили: «Вот уже три дня как я в стационаре горкома партии. Питание здесь словно в мирное время в хорошем доме отдыха: разнообразное, вкусное, высококачественное… Каждый день мясное – баранина, ветчина, кура, гусь, индюшка, колбаса, рыбное – лещ, салака, корюшка, и жареная и отварная, и заливная. Икра, балык, сыр, пирожки триста грамм белого и столько же черного хлеба на день, тридцать грамм сливочного масла и ко всему этому по пятьдесят грамм виноградного вина, хорошего портвейна к обеду и ужину… Я и еще двое товарищей получаем дополнительный завтрак, между завтраком и обедом: пару бутербродов или булочку и стакан сладкого чая. Что же еще лучше? Едим, пьем, гуляем, спим или просто бездельничаем и слушаем патефон, обмениваясь шутками, забавляясь «козелком» в домино или в карты.И всего уплатив за путевки только 50 рублей!».

Даниил Гранин, Фронтовик, воевал в составе дивизии народного ополчения:
"Сравнительно недавно стал известен дневник одного из партийных деятелей того времени. Он с удовольствием изо дня в день записывал, что давали на завтрак, обед, ужин. Не хуже, чем и поныне в том же Смольном.
Когда меня отправили в Ульяновск в танковое училище на курсы, начальники из штаба армии дали мне два адреса с посылками родным, в каждой палка колбасы и по банке сгущенки. Это из блокадного города. Отправлять в тыл продукты — довольно странно."

...Среди скупых рассказов о питании в Смольном, где слухи перемешались с реальными событиями, есть и такие, к которым можно отнестись с определенным доверием. О. Гречиной весной 1942 г. брат принес две литровые банки («в одной была капуста, когда-то кислая, но теперь совершенно сгнившая, а в другой – такие же тухлые красные помидоры»), пояснив, что чистили подвалы Смольного, вынося оттуда бочки со сгнившими овощами. Одной из уборщиц посчастливилось взглянуть и на банкетный зал в самом Смольном – ее пригласили туда «на обслуживание». Завидовали ей, но вернулась оттуда она в слезах – никто ее не покормил, «а ведь чего только не было на столах».

...И. Меттер рассказывал, как актрисе театра Балтийского флота член Военного совета Ленинградского фронта А. А. Кузнецов в знак своего благоволения передал «специально выпеченный на кондитерской фабрике им. Самойловой шоколадный торт»; его ели пятнадцать человек и, в частности, сам И. Меттер. Никакого постыдного умысла тут не было, просто А. А. Кузнецов был уверен, что в городе, заваленном трупами погибших от истощения, он тоже имеет право делать щедрые подарки за чужой счет тем, кто ему понравился. Эти люди вели себя так, словно продолжалась мирная жизнь, и можно было, не стесняясь, отдыхать в театре, отправлять торты артистам и заставлять библиотекарей искать книги для их «минут отдыха».

Ромовые бабы, шоколад для партийной элиты.
А. Михайлов (погиб в 1943г.) журналист и известный фотокорреспондент ТАСС делал снимки по официальному заказу 12 декабря 1941г., с целью успокоить советских людей, проживающих на Большой земле. Заказ достаточно циничный. Но наша пропаганда нравственных запретов не имела. Нужно было показать советскому народу, что в Ленинграде положение не такое уж бедственное. Поэтому взята была в качестве объекта одна из кондитерских фабрик, которая, как выяснилось, действительно продолжала в голодном городе изготавливать сладкую продукцию для избранных, по так называемому «литерному пайку». Им пользовались лица на уровне членов-корреспондентов Академии наук, известные писатели типа Всеволода Вишневского, военные и партийные деятели высокого ранга, ответственные работники Смольного. Как оказалось, их было не так уж и мало, если учесть, что на них работал, по меньшей мере, целый цех кондитерской фабрики. И на эту продукцию не распространялись никакие блокадные карточки.
Изредка вместо сахара по карточкам блокадникам давали конфеты. Однако в цеху Михайлов также увидел пирожные, торты и прочую прелесть. Фабрика изготавливала венские пирожные, шоколад в течение всей блокады. Поставляла в Смольный. Смертности от голода среди работников фабрики не было.
Был декабрь 41г., самый страшный месяц блокады.

Плитки шоколада.
2-я кондитерская фабрика. 12.12.1941.
Начальник цеха А.Н.Павлов, мастер-кондитер С.А.Краснобаев и подручная Е.Ф.Захарова за осмотром готовых батонов.

Изготовление «ромовых баб».
2-я кондитерская фабрика. 12.12.1941.
Было бы еще простительно, если бы ограничились хорошим хлебом для командования, где поменьше целлюлозы и прочей примеси. Но нет — ромовые бабы! Это, согласно рецепту: «На 1 кг муки 2 стакана молока, 7 яиц, полтора стакана сахара, 300 г масла, 200 г изюма, затем по вкусу ликер и ромовая эссенция. Надо осторожно поворачивать на блюде, чтобы сироп впитывался со всех сторон».

2-я кондитерская фабрика. 12.12.1941.
Лучший сменный мастер В.А.Абакумов.
Коллектив под руководством В.А.Абакумова регулярно перевыполняет норму. Товарищ Абакумов проверяет качество выпечки «Венских пирожных».

Майя Александровна Сергеева, Заведующая библиотекой в Музее обороны и блокады Ленинграда:
"Летом 1950 года, еще будучи девчонкой увидела женщину, которая вывесила на просушку 17 пальто, принадлежавшие ей с блокадных пор.
Эта женщина рассказала Майе, что работала на шоколадной фабрике в блокадном Ленинграде. Шоколад и конфеты, а также другие кондитерские изделия изготавливались, по ее словам, там непрерывно всю блокаду. Внутри фабрики можно было поглощать всю шоколадную продукцию без всяких на то ограничений. Но строжайше, под угрозой расстрела, запрещалось что-либо выносить наружу. Мать этой женщины в это время умирала от голода, и тогда та решилась вынести пачку шоколада, спрятав ее под прическу. У нее были удивительно густые волосы, которые она сохранила и в 50-годы. Самое сложное и страшное было пронести первую пачку ворованной продукции. Но благодаря этому мать выжила.
Затем она стала делать это регулярно, продавая шоколадки или обменивая их на хлеб и другие вещи, пользовавшиеся особым спросом на «блошиных рынках». Постепенно ей стало хватать денег не только на покупку хлеба, но и на приобретение дорогостоящих изделий, когда люди за бесценок продавали все за еду."


ЗАГАДКА ДЕВЯТАЯ
Откуда поступало продовольствие?

«Потребность в продовольствии города составляла (2 миллиона 544 тысячи жителей города - без учёта войсковых группировок, флота и жителей области внутри осады), 1,5 кг продовольствия в сутки (500 грамм сухарей и 1 кг овощей и круп - это общевойсковой паёк) - 3800 тонн продовольствия ежедневно (63 современных вагона). Напомню, это без учёта численности войск и флота, и жителей области.

Проведённый 10 и 11 сентября вторичный учёт продуктов питания показал, что для обеспечения войск и населения в Ленинграде имелись запасы зерна, муки и сухарей на 35 дней, крупы и макарон - на 30 суток, мяса и мясопродуктов - на 33 дня, жиров - на 45 суток, сахара и кондитерских изделий - на 60 суток (к ноябрю должно было всё закончиться, и это с учётом сокращения потребления в два раза).

Чтобы облегчить продовольственное положение Ленинграда, для переброски грузов были выделены транспортные самолёты. Доставкой продовольствия вместе с Особой авиагруппой, созданной в конце июня 1941 года для обслуживания Северного фронта, занималась Московская авиационная группа особого назначения, образованная из 30 московских экипажей гражданской авиации.

С сентября по декабрь 1941 года героическими усилиями советских лётчиков в блокадный город было доставлено свыше 6 тыс. т грузов, в том числе 4325 т высококалорийных продуктов питания и 1660 т боеприпасов и вооружения.

(За 3 месяца привезли продовольствия на 2 дня. Непонятно, для чего возили боеприпасы, если в Ленинграде их сами выпускали и ещё на большую землю перевозили).

Всего до конца навигации 1941 года в осаждённый город водным путём было доставлено 60 тыс. т. различных грузов, в том числе 45 тыс. т. продовольствия (википедия) (ещё на 20 суток продовольствия).

Всего в первую блокадную зиму ледовая дорога работала до 24 апреля (152 дня). За это время было перевезено 361 109 т различных грузов, в том числе 262 419 т продовольствия (википедия) (то есть, перевозилось менее, чем по 2000 тонн продовольствия в сутки - это меньше суточной потребности города)…»


Давайте и мы с вами немножко посчитаем. Для того, чтобы полуторками перевезти 360 000 тонн грузов, необходимо совершить 360 000 / 1,5 = 240 000 поездок, которые были выполнены за 152 дня (округлим до 150 дней, нам здесь высокая точность не нужна). На одни сутки приходится 240 000 / 150 = 1600 поездок. В сутках мы имеем 60 х 24 = 1440 минут.

Из этого следует, что, для того, чтобы обеспечить 1600 поездок в сутки по «дороге жизни», необходимо было, чтобы автомобили двигались днём и ночью с интервалом чуть меньше 1 минуты!

Но ведь «дорогой жизни» был лёд Ладожского озера, расчищенный от снега (по глубокому снегу обычные автомобили ездить не могут). Для езды по льду такой интервал вполне приемлем, ведь лёд - это не асфальт, и превышение нагрузки сразу же приводит к катастрофе и длительной остановке всей колонны.

Если всё было так, как нам сообщают историки и пропагандисты тех времён, то у врага была очень простая задача: периодически постреливать из пушек по озеру и портить дорогу.

Ведь ледяную дорогу испортить очень легко, а вот «отремонтировать» быстро невозможно! Нужно расчищать объезд, а на это нужно несколько часов, ведь трактор туда не пошлёшь — он слишком тяжёл.

Поэтому утверждение о том, что за 152 дня по «дороге жизни» было перевезено 360 тысяч тонн грузов, не кажется правдоподобным хотя бы только в силу приведённых расчётов! А ведь ещё нужно было обеспечивать круглосуточную, ритмичную разгрузку, погрузку и заправку автомобилей, и этот конвейер не должен был останавливаться ни на минуту!

Ещё нужно было иметь достаточно транспорта и горючего, чтобы подвозить то, что нужно отправлять на «большую землю» и вывозить то, что привозилось в окружённый район.

А сколько же автомобилей было задействовано в этой операции? Это можно приблизительно подсчитать.

По карте легко определить, что расстояние, которое нужно было преодолевать по Ладожскому озеру составляет около 30 км. Если мы предположим, что автомобили двигались со скоростью около 30 км в час; добавим 1 час на погрузку и 1 час на разгрузку; то получим, что каждый автомобиль делал 8 рейсов в сутки.

Следовательно, для того, чтобы сделать 1600 рейсов в сутки, нужно было иметь 200 автомобилей.

Конечно, это идеальный расклад. В действительности и время в пути могло быть больше 1 часа, и автомобили выходили из строя по разным причинам. Поэтому для обеспечения указанного объёма перевозок, число автомобилей можно смело увеличить в 2 раза.

И все эти 400 полуторок нужно было постоянно заправлять бензином. Расход топлива у них составлял около 20 литров на 100 км. За сутки каждый автомобиль, проезжавший 480 км, расходовал, как минимум, 100 литров бензина. На весь парк автомобилей каждый день нужно было доставлять не менее 40 тонн бензина...

Эта, работа, вполне выполнимая в мирное время при постоянном и достаточном финансировании, в военное время при постоянном, целенаправленном противодействии противника становится непосильной, почти невыполнимой задачей.

Нет, я не сомневаюсь в том, что попытка организовать снабжение города и области таким образом могла иметь место. Но я абсолютно уверен, что результаты этой работы были совсем другими.

Танк КВ
ЗАГАДКА ДЕСЯТАЯ
Похоже ли это всё на правду?

«К ноябрю должны были закончиться (что и произошло) не только уголь, но и все запасы сырья и материалов, продовольствия. Путём жёсткой экономии эти запасы растянули до января. Подвоз по дороге жизни на машинах грузоподъёмностью 1,5 тонны обеспечивал только продовольственные потребности (да и то не полностью).

Не раскрыто «историками», что представляли из себя 100 000 т. других грузов, привезённых в первую зиму, но потребность промышленности это не покрывало (это тысячи и тысячи тонн). Промышленность должна была остановиться. Но заводы всё работали и работали (это факт).

Откуда взялась дополнительная энергия, неизвестно (наверное, немцы поставляли). Откуда брались ресурсы, и как отправляли готовую продукцию, тоже неясно.

При этом германскому командованию для полной парализации всей деятельности города достаточно было разрушить всего 5 электростанций (на начальном этапе войны, и одну — после января 1942 года), которые по дыму из труб хорошо были видны для корректировщиков артиллерийского огня. Это ещё одна случайная невнимательность?

Совершенно непонятно, почему 713 танков КВ не решили вопроса снятия блокады Ленинграда, ведь на момент начала войны мы имели только 636 танков КВ, и эти танки не пробивались немецкими пушками.

Одновременное и массированное применение этих танков должно было продавить любую оборону с поддержкой 3000 выпущенных орудий (а на начало войны у нас было всего 1928 орудия) и в условиях отсутствия экономии боеприпасов. Этого количества танков и артиллерии должно было хватить, чтобы отбросить немцев даже к границе…»

На имеющихся картах действительно хорошо видно, что войска Ленинградского и Волховского фронтов были разделены в районе Шлиссельбурга узкой полоской, шириной всего в 12 км!

И поверить в то, что войска этих фронтов, при огромном количестве мощной военной техники и боеприпасов, выпускавшихся в Ленинграде, не имели возможности отбросить немцев от Ладожского озера хотя бы на 20-30 км, просто невозможно!


Мало того, оказывается, в марте 1942 года произошло следующее эпохальное событие: «29 марта 1942 года в Ленинград прибыл из Псковской и Новгородской областей партизанский обоз с продовольствием для жителей города. Событие имело огромное пропагандистское значение и продемонстрировало и неспособность противника контролировать тыл своих войск, и возможность деблокирования города регулярной Красной армией, раз это удалось сделать партизанам…»

Тем не менее, окружение прорвано не было, и причин этому мы пока не знаем…

ВЫВОДЫ
  1. Город Ленинград не был блокирован во время войны, блокады города, как такой, никогда не было.
  2. Утверждается, что из Ленинграда к октябрю 1942 года было эвакуировано 1,5 млн. человек. Утверждается, что за время блокады в Ленинграде погибло около 1,5 млн. человек. Но перед войной в Ленинграде проживало всего 2,5 млн. жителей. Откуда могли взяться дополнительные 0,5 млн. чтобы погибнуть, и кто же работал 3 года на военных заводах, ежемесячно выпускавших сотни танков, тысячи пушек и миллионы снарядов? Общепринятая статистика по этим вопросам не выдерживает даже элементарного анализа.
  3. Если, как утверждается, за 1,5 года из Ленинграда было эвакуировано 1,5 млн. человек, то снабжение продовольствием 1 млн. оставшихся людей было уже не очень трудной задачей. Если бы со снабжением всё было так, как нам рассказывают, то не было бы 1,5 млн. погибших от голода!!!
  4. Элементарные подсчёты убедительно показывают, что ни автотранспортом, ни катерами и самолётами невозможно было обеспечить военную промышленность сырьём, материалами, инструментами и комплектующими.
  5. Нет никакой информации об обеспечении города и промышленности достаточными мощностями электроэнергии. Для работы военных заводов, которые действительно работали, энергии нужно было в несколько раз больше, чем имелось по официальной информации.
  6. Совершенно непонятно, куда девалась большая часть произведённой военной техники, особенно тяжёлой. Если в Ленинграде за 3 месяца было выпущено более 700 тяжёлых танков, то за 30 месяцев блокады их можно было сделать столько, что хватило бы раскатать в пыль всю Европу!
  7. Пока нет никаких догадок по поводу причин, по которым немцы не разрушили работавший у них под носом (в 3-х километрах) Кировский завод, выпускавший военную технику всё время «блокады».
  8. Так же неясны причины, по которым немцы не разрушили Ленинград артиллерией и авиацией, хотя поначалу имели большое преимущество в этих видах вооружений.
  9. Нет вразумительных объяснений тому, что окружение района не было прорвано советскими войсками. Ленинградский и Волховский фронты в районе Шлиссельбурга разделяла полоска шириной всего в 12 км! Партизаны привозили продовольствие на телегах, а регулярные войска ничего не могли сделать. Абсурд!
  10. Очень похоже на то, что вариации на тему «блокады» Ленинграда призваны замаскировать нечто, гораздо более серьёзное, чем то, что нам известно из общедоступной информации. Вполне возможно, что в то время происходили совсем другие события, для сокрытия которых не остановились перед миллионными жертвами, и которые тщательно скрывают до сих пор…

ПОСТСКРИПТУМ

С историей Великой Отечественной Войны нам предстоит ещё разбираться и разбираться.

В ней много непонятных моментов. Непонятно, каким видом оружия германские войска уничтожили к зиме 1941 года около 20.000 (двадцати тысяч) наших танков, при этом сами имели только 4171 танков и САУ.

Непонятно, как мы потеряли ещё большую часть из выпущенных в годы войны 104.840 танков и САУ, при этом, большая часть танков ремонтировалась и возвращалась в бой неоднократно.

Такие потери зафиксированы в настоящей истории только раз - во время шестидневной арабо-израильской войны, когда израильские войска уничтожили почти две тысячи танков (но тогда были ПТУР и другой уровень реактивной авиации)…

Наряду с этим, элементарные подсчёты показывают, что много информации от нас просто скрыто, и из-за этого остальное невозможно объяснить. Создаётся впечатление глобального предательства, что вся эта блокада специально была организована так, чтобы убить как можно больше людей.

"Жители Ленинграда, как и жители всей страны, совершили немыслимый подвиг. Многие из них отдали жизнь в боях за Родину, многие умерли от голода в Ленинграде, приближая час победы. Подвиг Павла Корчагина меркнет на фоне тех усилий, какие каждый день совершали герои-защитники, герои-жители осаждённого города.
Наряду с этим, элементарные подсчёты показывают, что много информации от нас просто скрыто, и из-за этого остальное невозможно объяснить. Создаётся впечатление глобального предательства, что вся эта блокада специально была организована так, что бы убить как можно больше людей.
Придёт время, и истинные виновные будут раскрыты и осуждены, пусть даже заочно."

по материалам статьи Д. Байды
дополнение. от 10.01.2016 г - ()


ЗАГАДКА ОДИННАДЦАТАЯ

События 2015 года в Сирии добавили еще одну загадку, хотя и не такую очевидную, как предыдущие. В мае 2015 года в древнем амфитеатре Пальмиры, захваченной боевиками "Исламского государства", прошла массовая казнь плененных сирийских солдат. При этом их расстреливали подростки, молодое подрастающее поколение.

За каждым из 25 военных сзади стояли подростки в пустынном камуфляже и коричневых банданах. На вид им не больше 12-13 лет. Террорист в черном произносит речь, после чего подростки выстрелом в голову убивают всех сирийских солдат, стоящих на сцене.

Вы можете задать резонный вопрос: и какая связь между Ленинградом и Пальмирой? А никакой, согласно современного понимания истории, кроме эзотерической и оккультной. Но она может стать более очевидной, если в этот список добавить и город Баальбек (Гелиополе) в Ливане и взглянуть на события сквозь время.

Итак. Данные события разделяет круг времени в 72 года и город Ленинград часто называют Северной Пальмирой из-за сходства архитектуры. Кроме этого, предсказание Ванги гласит: "если падет Сирия, начнется мировая война". Вспомните нашу военную помощь Сирии. Более того, по кармической астрогеографии, 72 - полный цикл развития чего-либо, 5 - проявление тонкоматериальных и духовных влияний, 15 - предрасположенность к развязке определенных кармических узлов, 25 - таинство исцеления и т. д.

Все эти события имеют образно-чувственные а не логико-структурные связи. Поэтому и рассматривать их надо именно с этой точки зрения. Понять их можно только осознав суть образного мышления.

Таким образом, причины загадки блокады Ленинграда может стоит поискать в несколько иной плоскости, чем мы привыкли это делать?

Комментариев нет :

Отправить комментарий